Вадим Воронов: «На троих всё лучше соображается!»

30.04.2010

Есть такая профессия – «Родину будить!». Всё, что вы хотели узнать об этой чрезвычайно редкой профессии, – в интервью Вадима Воронова.

Вадим, как ты попал на радио, да еще и без образования?
Люди, которые получили высшее образование, страдали, боялись, сдавали экзамены и в итоге положили вожделенный диплом далеко на полку, конечно, удивляются, что какой-то выскочка работает в утреннем шоу самой популярной радиостанции. Объясняю: это тот редкий случай, когда талант пробил себе дорогу сам.

Но ты мечтал стать диджеем?
Нет, это произошло случайно. Мой хороший товарищ Петр Годлевский (мы тогда жили в Питере) зашел ко мне в гости и предложил делать радиопередачу. Я сказал, что не знаю, с какого бока к микрофону подходить и вообще говорю плохо. «Ничего страшного, ты знаешь несколько английских слов, у тебя есть знакомый, который регулярно получает журнал «Billboard». Мы будем делать передачу по материалам этого журнала – приходить в студию, открывать его и… жечь. Будем пересказывать содержание статей этой библии международной музыкальной мысли». Вот так я и попал на радио. В 1990-е годы было огромное количество возможностей, одну из которых я и реализовал.

И давно это было?
18 лет назад я впервые сказал «А»… Но я еще не произнес последнего «Я»!

Страшно было?
Было не страшно, было весело. Но мне кажется, что за эти годы я набрался опыта, и если бы я был совсем паршивым ведущим, наверное, я бы давно уже мел где-нибудь улицы. Я очень скептически, с большой самоиронией отношусь к себе. Это не значит, что я отношусь к работе несерьезно, но, в конце концов, диджей – это такая увеселительная машинка и не более. Мне очень странно слышать дискжокеев, которые на полном серьезе говорят: «Я открыл Земфиру миру…» Ребята, расслабьтесь, вы не писатели, не поэты, не музыканты, вы просто создаете людям хорошее настроение, что в принципе тоже важно.

Когда вам легче работать, когда в студии есть гости или когда нет?
С гостями интересно. Когда мы работаем одни, то мы жжем и стараемся сделать это весело и непринужденно, чтобы еще кому-нибудь понравиться. Когда появляется гость, это некий дополнительный стимул для слушателей не вырубать в данный момент приемник, потому что не каждый день есть возможность послушать мнение Валерия Меладзе или солистки группы «Винтаж» Ани Плетневой по тому или иному мировому вопросу.

Почему вы так плохо готовитесь к интервью?
Однажды мой кумир Сергей Доренко, отвечая на вопрос «Почему вы так ненавидите Россию», который прозвучал в прямом эфире одной радиостанции, послал звонившего очень далеко. Готовимся мы к интервью!

Что самое неприятное в твоей работе?
Просыпаться! Хотя мы и привыкли рано вставать, но до конца все равно к этому привыкнуть нельзя. Надо не просто проснуться без пятнадцати шесть, нужно еще оказаться в студии в 6.15 и при этом быть энергичным, веселым и дарить радость людям!

Что самое приятное в твоей работе?
Дарить радость людям! В этот момент я забываю, что встал без пятнадцати шесть!

Общение с какими исполнителями полностью перевернуло твое о них представление?
Это был известный телепродюсер, фамилию называть не буду… Зато очень приятно удивил и порадовал Макс Леонидов. Человек, с которым интересно разговаривать, в нем удивительным образом сочетается простота и недоступность. Когда человек сверхталантливый, как бы близко он к тебе не находился, ты все равно понимаешь, что он неприступный гений.

Вспомни самый забавный случай в эфире.
Ну, это регулярно происходит. В 50-ю минуту каждого часа мы делаем прогноз погоды в Москве. Алиска читает его, а я иногда подхожу к окну и как-то комментирую реальную картину. Вот пару раз чуть не выпал, потому что очень далеко высовывался.

Какая русская песня вышибла из тебя слезу за последнее время
Песни Сергея Трофимова.

Слушаешь ли ты «Русское Радио» в свободное время?
Да!

Какой вид спорта, зная твое к нему отношение, для тебя приемлем?
Экстремальные шахматы! Когда вместо фигур – рюмки. Съел и выпил.

А как ты, кстати, относишься к алкоголю?
Сережа не пьет вообще, у него аллергия на алкоголь, а мы с Алисой умеренно употребляем, но не в будние дни. Даже небольшое количество алкоголя, употребленное накануне, все равно утром чувствуется – не можешь сконцентрироваться. Есть счастливые люди, которые выпив, становятся интересными собеседниками, но я наоборот. Я боюсь что-нибудь ляпнуть.

Говорят, ты хорошо готовишь. Какое блюдо удается тебе лучше всего?
То, что приготовил вчера. Бефстроганов с классическим сливочным соусом, грибами и жареным луком. Это фантастика!

А кто такая Светлана Ивановна, которую так часто поминают в эфире?
Светлана Ивановна – вполне реальный персонаж. С ней я консультируюсь по всем возможным вопросам, потому она очень умная и красивая.

Много ли кофе ты пьешь перед эфиром?
Да, и во время эфира тоже. В среднем до трех чашек из автомата.

Сколько длится ваш рабочий день?
В 6.15 мы уже в студии, эфир длится с 7 до 11 утра. Потом, как правило, мы задерживаемся на радио и записываем какие-то программы, рубрики или дополнительные элементы для шоу, иногда собираемся, чтобы что-то обсудить и выдумать на завтра. Иногда нас вызывает программный директор и… хвалит. Как правило, к часу-двум мы заканчиваем. Потом наступает время мучительных раздумий: хочется спать… Но если ты днем поспал, очень трудно заснуть вечером, а в шесть уже снова вставать.

Сложно ли работать втроем?
Сложно, потому что нужно уметь договариваться в плане обычных человеческих отношений. Иногда кто-то кого-то раздражает беспричинно, а тебе нужно в эфире совсем по-другому вести себя. Или вечная проблема, как не говорить всем вместе, хором. Легко, потому что, если у одного замкнуло, другой подхватывает мысль или шутку.

А вдвоем не проще было бы?
На радио в принципе давным-давно все придумано, и ничего нового не изобретешь. Утреннее шоу на больших станциях, как правило, делается втроем. Более того, обычно это два мужчины и одна женщина. На станциях-конкурентах, названий которых я даже не помню, также звучат два мужских и один женский голос. Видимо, на троих всё лучше соображается!

Вы часто отпускает отдыхать Алису…
Алиса – наш катализатор, выражаясь химическим языком, я учился все-таки полкурса на химфаке, выгнали после первой сессии. Преподавательница после моего ответа сказала: «Да вы же не знаете таблицы Менделеева!» На химическом факультете это звучало практически как ругательство. Не срослось с химией. Так вот, Алиса – катализатор и цементирующий элемент, на нее ложится большая нагрузка. Мы ее бережем и отпускаем отдохнуть, хотя без нее скучновато.

Кто выбирает, какая музыка будет звучать в эфире?
Это решает сложная компьютерная программа. Она выбирает песню из того набора композиций, которые существуют в так называемом плей-листе. Он в свою очередь составляется на основе вкусовых предпочтений нашей аудитории. Люди выбирают, голосуют, песни становятся более или менее популярными, попадают в эфир «Русского Радио», становятся еще более популярными, и так до бесконечности!

Куда исчезли майки с днями недели?
Износились! К лету подновлю гардероб, недорого и очень удобно. И люди не путаются в днях недели, и сам не запутаешься!

Кем бы вы стали, если бы не попали на радио?
Кем-нибудь, где не нужно уж очень много и напряженно трудиться!

Отчего вас самого тошнит по утрам?
Ну, уж не от собственного пения точно! Я считаю его близким к идеальному, а свою стиль игры на гитаре уникальным. У меня в принципе есть в жизни несколько вещей, которые раздражают. Невкусно приготовленная еда. Очень громкая музыка, я от нее и так на работе устаю. И плохой перевод, когда смотришь кино и понимаешь, что люди вроде говорят по–русски, а ни черта не понять.

Что в жизни важнее: высшее образование или талант?
Высшее образование важно в тех сферах, где без него не обойтись. Если вы хотите быть врачом или переводчиком, этому нужно учиться.

То есть диджей – одна из редких профессий, которым не надо учиться?
Учиться надо, просто нам повезло. Мы учились в процессе работы. Это самая лучшая учеба. Сейчас на крупную радиостанцию никто не возьмет человека, которого нужно будет учить. У нас такая возможность была, поэтому мы и выросли в героев индустрии развлечений!